Сара Тисдейл. Речки, текущие к морю: Выбранные произведения. Болтливый, 2011

Издательство «Водолец» продолжает знакомить пользователей с доблестными примерами вселенской лиры, по тематик то ли другим факторам доныне неизвестными оным пользователям то ли и совсем чужими. С Сарой Тисдейл ситуация сложилась и совсем неестественная: ее произведения распрекрасно привычны почитателям фантастики, но не лиры. «Станет милый разверзлись хляби небесные», данная досрочная черта прилегла в название наипопулярнейшего очерка Рэя Брэдбери из ряда «Марсианские доклады», в другом же хронике из такого же митинга «И прежде лучами серебрит раздолье месяц» цитировалось в полной мере. Сейчас же увраж выбранных произведений поэтессы удается в первый раз на советском язычке.


Тематики прелести и ее неминуемой хрупкости, предощущения потерь и погибели абсолютно все эти тематики, принадлежащие, в целом-то, для межвоенной времена Двадцатого века, практически полностью принадлежат и белому свету лиры Сары Тисдейл. Современница Чудовищной инициативы, она сама несла внутри себя интенсификацию куда больше тяжеловесного и верховного порядка: эта-то печаль, сквозящая в «Пламени и тени» (1920), «Месячном затмении» (1926), «Звездах ночькой» (1930), «Феноменальною удаче» (1933), г. от года сгущала окраски, однако спокойным оставалось знанье. Вообщем, слогу Тисдейл не чуж был и лиризм: направленный, даже, закадычным девушкам поэтессы. Увлекательна, в лад, сравнение, которую кое-какие отзывы проводят меж Сарой Тисдейл и ее отчечественной современницей (едва ли не до года!) Софией Парнок


Популярность Сары Тисдейл вовсе не так как могло показаться на первый взгляд веска, как ее соотечественниц и братьев (сосетер?) по перу, Эиили Дикинсон, Элиз. Бишоп за всем тем данная невысокая книжка, явно, отыщет собственную аудиторию, а означает, и литературная «историческая непредубежденность» также на последний этап приблизится к собственному возрождению.


Будут сладенькими дожди, станет благоухание полей


И перелет с важным звуком легкомысленных стрижей;


P


И лягушки в водоему будут восхвалять ночлег,


И деревья в цветочки погрузятся, как в снежок;


P


Собственный малиновка червонный наденет колпак,


Запоет, наклонясь на буржуазный городьба;


P


И ни одна душа, ни единственный нюхать не станет о том,


Что случилась битва и что было следом.


P


Не вскроют деревья и птички кругом,


Ежели будет золой население земли как с неба свалиться,


P


И зима, восстав под утро на драть глотку весны,


Навряд ли сумеет уяснить, что пропали мы все.


P


(перевод М. Рахунова)


PВероника Шарова



(05-06-2010)

Рекомендованные публикации

1