Авторы:

А. Баратц. Иудаизм и современность

А. Баратц. Иудаизм и современность

 

Христианский враг
 

Пожалуй, ни одна религия не вызывает у иудаизма столько неприязни, столько подозрений и опасений, сколько христианство. Выраженной христианофобией страдают не только харейдим, но и религиозные сионисты, вроде бы решившие вдумчиво относиться к внешним традициям, и даже искать в них «рассеянные искры». И казалось бы, к кому этот подход может в большей мере относиться, чем к христианству?

Недавно под крылом религиозных сионистов была издана книга "Христианский враг". Предисловие к этому в целом "редакционному" изданию написано равом Шломо Авинером, популярным поселенческим проповедником, выделяющимся своей образованностью и широтой взглядов. Но в этом вопросе и он занимает весьма непримиримую позицию.

Вскоре после демонстрации в защиту Иерусалима в январе 2001 года мне довелось слышать по Аруц-7 беседу р.Авинера, в которой он утверждал, что участие в этой демонстрации было предосудительно, так как она частично финансировалась христианскими организациями. В течение четверти часа этот авторитетный раввин убеждал свою аудиторию, что христиане были и остаются миссионерами, что это волки в овечьей шкуре, что любой контакт с евреем христиане используют с целью его обратить. Он соглашался, что их желание помочь Израилю искреннее, однако поскольку в последнем счете христиане рассчитывают на то, что рано или поздно евреи обратятся, что такова последняя цель их поступков, то принимать их помощь опасно.

С самых разных сторон мы слышим о христианской угрозе; слышим о том, что в Израиле действуют многочисленные миссионеры. Однако при этом мало кто задается вопросом, в какой мере это миссионерство может считаться действительно христианским.

Нет сомнения, что деятельность многих сект представляет серьезную духовную угрозу, причем не только для евреев. Жизнь миллионов обитателей нашей планеты следует признать изуродованной различными харизматическими деспотами типа корейца Муна. Сопротивление деятельности этих сект, на мой взгляд, дело вполне законное и даже необходимое. Но при чем здесь христианство? Тем, кто так много говорят об угрозе миссионерской деятельности по отношению к евреям, невредно бы знать, что на сегодняшний день от этой деятельности отказались решительно все западно - христианские конфессии.

Католическая церковь, сохранившая миссию по отношению к язычникам и мусульманам, упразднила ее в отношении евреев. То же касается и протестантов. Всемирный христианский миссионерский альянс, в который входят все ведущие протестантские церкви, действует во всех странах мира, включая страны ислама, но в Израиле деятельность этой организации сведена лишь к символическому представительству. Те, кто прицельно охотятся за еврейскими душами – либо адепты маргинальных сект, либо частные лица, деятельность которых не поощряется их церквями.

Разумеется, – и в этом р.Авинер прав, – многие христиане продолжают желать евреям «принять Христа» и верят, что в конце времен именно это и произойдет, хотя и не считают себя вправе торопить события.

Однако прежде чем высказаться в адрес этой представительной части христианских друзей Израиля, я бы хотел обратить внимание, что в официальной политике большинства западных церквей начинает вырисовываться идея полного и «вечного» отказа от задачи «обращения» евреев. И для этого имеются свои серьезные теологические причины.

 

Новые веяния
 

В послевоенном западно - христианском мире все больше стали понимать, что иудаизм нужен христианству «живой», что у евреев не просто имеется свой отличный от христиан путь, но что «отличность» этого пути является гарантом жизненности самого христианства. В церкви все больше стали ощущать, что обе религии выигрывают, когда они сохраняют свою относительную различенность, и обе теряют, когда приходят к единому «христианскому знаменателю».

У меня имеются на этот счет свои соображения, которые при случае я, возможно, еще представлю на суд читателей. Но сегодня я предлагаю краткий обзор того, что говорится на этот счет среди самих (западных) христиан.

Католический теолог Джон Павликовский (США) пишет в этой связи: «На данном этапе религиозной истории христианам необходимо признать, что иудаизм продолжает играть уникальную, исключительную роль во всеобъемлющем процессе спасения человечества… Подлинный диалог между иудаизмом и христианством, реальное теологическое осмысление их взаимоотношений могут начаться только с четкого осознания различий между двумя религиями».

Эта тенденция наметилась после 2-го Ватиканского собора (1965) и его декларации «Nostra Aetate»; после того, как папа Иоанн XXIII с горечью воззвал к Создалю: «Мы осознаем теперь, что много веков слепота поражала наши очи, так что мы не созерцали более красоты Тобою избранного народа и не узнавали более в лицах их черт нашего брата - близнеца».

С той поры христианский мир отбросил так называемую «заместительную» теологию (Церковь пришла на смену Израилю) и стал вырабатывать теологию дополнительности заветов, дополнительности общин: еврейской и христианской. Так в «Послании французского Епископата» (1969) говорится: «Первый завет не превратился в ветхий под воздействием нового. Он остается его корнем и источником, основанием и обетованием… его следует принять и признать в первую очередь в нем самом». А в «Пояснениях» (к декларации «Nostra Aetate» - 1985) открыто говорится именно о «партнерстве» общин.

Ватиканские решения вызвали лавину теологических ответов, призванных эти решения проинтерпретировать. Прежде всего подверглось критике традиционное представление о конфликте Иисуса с традицией иудаизма. Упомянутый католический теолог Джон Павликовский пишет: «Последнее десятилетие отмечено замечательными достижениями научной мысли в изучении «иудейства» Иисуса. В результате традиционная концепция, согласно которой Иисус решительно противостоял закону и отменил последний, - концепция, по сути дела, составлявшая ядро всей церковной теологии и проповеди, - оказалась под большим вопросом».

Многие теологи, как католические (Мец, Хельвин, Павликовский), так и протестанские (Ван Бюрен, Эккардт, Рютер, Ниттер) предлагают отказаться рассматривать Иисуса как Мессиию евреев, но только народов. Протестант Кларк Уильямсон называет христианство «иудаизмом для язычников». Он отказывается от идеи Христа как единственного посредника. При этом им высказывается идея паритета заветов.

Аналогичной концепции придерживается Рой Эккардт. Он пишет в своей книге «Младшие и старшие братья»: «Если и есть истинный смысл в том, что Бог уникальным образом открыл себя в Иисусе из Назарета, необходимо отметить, что тайна этого божественного акта в принципе не превосходит своим величием тех священных актов, посредством которых осуществлялось первоначальное избрание Израиля».

Со своей стороны англиканин Джеймс Паркс учит о двух принципиально различных, но дополняющих друг друга актах откровения: на Синае и на Голгофе. Он уверен, что при несомненной связи евреев и христиан, между ними до конца века будет пролегать пропасть. Близкую модель предлагает Курт Риларсдам, подчеркивающий не последовательную (она признавалась всегда), а именно одновременную дополнительность заветов, при которой каждый из заветов заинтересован в самобытном сохранении другого.

В особенности последовательна и интересна в этом отношении позиция протестанта Шоневельда. В своей книге «Иисус и иудаизм» (1985) он пишет: «Когда иудей говорит «Тора», христианин говорит «Христос». По сути они говорят об одном и том же, хотя и совсем разными словами. И иудеи, и христиане призваны идти путем Торы, учения Бога Израилева, который есть Путь, Истина и Жизнь. Иудеи проходят этот путь, составляя единый народ Израиля, участвуя в Синайском завете через исполнение «мицвот»… Христиане проходят этот же путь, составляя единое Тело Христа - правоверного иудея, который сам был воплощенной Торой, - участвуя в его жизни, распятии и воскресении через таинства и жизнь в вере». При этом Шоневельд фактически соглашается с тем, что подобное «участие» запрещено для религии еврея.

Многие указывают на парадоксальность связи Израиля и Церкви, на то что Иисус в той же мере соединяет, сколь и разъединяет Израиль и народы, что парадокс этот обладает своей теологической продуктивностью.

Признание самоценности завета с Израилем закономерно поощряет в христианской среде сионистские настроения. При всем том, что многие христиане - сионисты не прочь приблизить «эсхатологические времена», когда евреи «примут Христа», их первый побудительный мотив вполне бескорыстен. Содействуя репатриации евреев в Эрец Исраэль, они чувствуют себя исполнителями древнего пророчества: «Вот Я вознесу к народам руку Мою, и перед племенами подниму знамя Мое, и они принесут сыновей твоих в поле, и дочери твои несомы будут на плечах» (Иешайя 49.22).

Как известно, стараниями христианских сионистов с 1980-го года в Иерусалиме действует всемирное христианское посольство (кстати, на прошлой неделе в Иерусалиме проходил организованный этим посольством четвертый Библейский сионистский конгресс).

При всем том, что христианский сионизм нельзя назвать массовым явлением, многие его идеи разделяет достаточно широкий круг верующих. В этой связи можно привести следующие слова Мартина Лютера Кинга из его книги «This I beleve» «Это моя вера» стр. 234-5 (1961): «Тот, кто критикует сионизм, критикует евреев. Все мы радуемся осуществлению Божественного обещания, видя, что народ Божий наконец возвращается на свою родину, которая у него была украдена. Быть антисионистом - это значит отрицать за евреями фундаментальное право, то право, которое мы считаем незыблемым для всякого африканского племени.... Антисионизм - это антисемитизм».

Насколько я могу судить, среди христианских сионистов преобладают те, кто мало задумываются о дополнительности заветов и соответственно желают евреям того же, чего желают себе - «встречи с Иисусом». Но повод ли это для того, чтобы отворачиваться от искренних друзей? Не лучше ли просто придать их пожеланиям верное направление? Не лучше ли просто задуматься над тем к чему действительно может обязывать еврея христианская вера?

На мой взгляд, ни р.Авинеру, ни христианским фундаменталистам в равной мере нечего беспокоится за судьбу евреев в ее связи с миссией Иисуса (каковой бы она не оказалась). Дело в том, что «встреча с Иисусом» (кем бы он ни был) у каждого еврея происходит на общих основаниях, в качестве встречи всех евреев на путях исполнении Торы. Если, как верят христиане, Иисус действительно воскрес, то ортодоксальные евреи имеют часть в его победе на основании того, что все еврейские души связаны в единый узел. Ведь еврейский народ разделяет единую ответственность, и те его праведники, на которых держится мир (считается, что в каждом поколении их 36), по преимуществу анонимны. Для того чтобы «спастись» заслугами этих праведников, другим евреям вовсе не обязательно с ними в этом мире «лично встречаться». Единственно, что евреям действительно следует делать, так это исполнять заповеди Торы, и все остальное приложится им.

Материалы, представленные в библиотеке взяты из открытых источников и предназначены исключительно для ознакомления. Все права на статьи принадлежат их авторам и издательствам. Если вы являетесь правообладателем какого-либо из представленных материалов и не желаете, чтобы он находился на нашем сайте, свяжитесь с нами, и мы удалим его.